«Мы теряем труппу». Обращение солистки воронежского оперного театра Людмилы Солод к губернатору Александру Гусеву

Открытое письмо главе Воронежской области.

Последние несколько лет очень много говорится о плачевном состоянии здания воронежского Театра оперы и балета, ведутся споры о его реконструкции или реставрации, проводятся мероприятия поддержания театра — например, косметического ремонта перед Международным Платоновским фестивалем искусств. Потому как стыдно: приезжают именитые люди от культуры со всего мира, а у нас тут… крыша течет, фундамент рушится и т.д. Много говорят, много пишут. Спорят с пеной у рта, доказывают даже, что оперный — вообще пережиток прошлого. Что опера сейчас не нужна, на нее не ходят, в воронежском театре певцов нет и не было никогда — мы ж периферия. А Александр Урин, например, генеральный директор Большого театра, сказал, что вообще на карте такого театра не значится.

И все больше умиляет тот факт, что о здании разговоров много: все правильно — историческое наследие, нельзя такое безобразие в центре города терпеть, и пора решать вопрос, иначе могут быть жертвы… Но никто не единым словом не обмолвился о том, что в здании служит пятьсот человек. И что будет с ними, как решить вопрос об их профессиональной востребованности — ни одного слова не сказано.

Недавно я просматривала театральный буклет, изданный Игорем Непомнящим в 2011 году. Какое количество талантливых людей мы потеряли за последние восемь лет! И поверьте, они уехали не от обиды или банального отсутствия условий для жизни, не только от низкой зарплаты — хотя и низкая зарплата имеет место быть. Творческий состав редеет от отсутствия перспективы в работе и из-за невозможных условий профессиональной деятельности. Приведу один и, пожалуй, самый яркий пример. Дмитрий Башкиров. Его заявление по собственному желанию гласит: «В связи с созданием невыносимых условий для моей дальнейшей работы и оказанием психологического давления со стороны руководства прошу уволить меня с занимаемой должности». Сейчас руководство утверждает, что он прослушался и давно планировал уехать, но здесь неправда. А всего лишь очередная попытка себя обелить.

А правда такова, что мы теряем труппу. Собранная по всей России — у нас служат солисты из Перми, Днепропетровска, Мурманска, Нижнего Новгорода и т.д. — труппа еще несколько лет назад имела перспективы для роста и развития, для постановки нового сложного репертуара. С каждым потерянным человеком мы теряем очередную возможность. Постараюсь объяснить на примере спорта.

Тренер спортивной школы олимпийского резерва находит одаренного ребенка, который в будущем имеет задатки прекрасного тяжелоатлета, например. Он забирает его в школу, создает ему особые условия. Щадящие, но развивающие тренировки способствуют тому, что за пять-семь он набирает мышечную массу и берет серьезный вес. И на соответствующем этапе тренеру уже понятно, будет ли спортсмен выдающимся или останется на нынешнем, довольно приличном, но рядовом уровне. И дальше любому из них требуются поддержание формы и возможности роста.

То же самое и в театре с актерами-певцами, например. В свое время Башкирова — выпускника Нижегородской консерватории — Игорь Непомнящий нашел на ярмарке певцов. Пригласил, создал все условия (служебное жилье, оклад, перспективу в партиях оперного репертуара), десять лет не позволял петь критически сложный для него репертуар — чтобы певец окреп и набрал форму. И вот, наконец, он дорос до тяжелого веса: Каварадоси в «Тоске», Манрико в «Трубадуре» и прочее. Но в тот момент приходит человек со стороны и говорит, что «вы здесь работать не будете», не ставит в спектакли, в премьеры. Итог плачевный: вырастив настоящего профессионала в нашем театре, мы его отдаем в другие, более хозяйственные руки. И Башкиров — только один из примеров.

Я хочу повториться, что для того, чтобы вырастить профессионального артиста оперного театра (неважно, балетный он или оперный), нужны условия, репертуар и время.

Говоря о реконструкции или реставрации здания театра, чиновники не понимают одного: без создания условий труда для труппы театра (прежде всего творческой) мы лишаемся самой труппы. И для того, чтобы восполнить потерю после стройки, потребуется семь-десять лет — при условии, что будет кому искать талантливых людей (директор, дирижер или художественный руководитель-профессионал, который может видеть перспективу развития того или иного молодого артиста) и если репертуарная политика и материальная база сможет заинтересовать перспективных специалистов.

Я вполне реально смотрю на вещи и, судя по тому, что речи о людях при строительстве или реставрации здания не идет, понимаю, что в труппе воронежского Театра оперы и балета нынешняя власть не заинтересована. Вся та политика, которая велась по отношению к театру в последние годы, — тому подтверждение. Приведу лишь несколько примеров.

  1. Попытка изъять из пользования имущество театра — подсобное помещение с находящимся там декорационным цехом и сквер, в котором располагаются пожарные резервуары театра.
  2. Халатное и преступное отношение к материальному имуществу театра — полугодичное хранение хрупких декораций практически под открытым небом; варварское перемещение декораций, изготовленных ручным способом.
  3. Угрозы прекратить и периодическое прекращение съема квартир для иногородних артистов театра (очень удобное средство для шантажа слишком рьяных).
  4. Приоритет в постановках (речь об оперной труппе) музыкально-драматических спектаклей при практически полном отсутствии оперных постановок (при том, что прекрасно понимаю: они кормят театр, дают возможность выездов, потому что малогабаритны в смысле декораций и малозатратны при постановке. Но постановки только такого рода спектаклей ведут к деградации артиста и публики).
  5. Создание политических и материальных условий, при которых вокальная кафедра Воронежского института искусств практически прекратила выпуск специалистов для театра (бывший ректор Эдуард Бояков в свое время заявил, что вообще не понимает, зачем она нужна).
  6. Практически аналогичная ситуация с Воронежским хореографическим училищем.
  7. Практически полное уничтожение системы работы со зрителем.
  8. Приглашение на должность художественного руководителя театра непрофессионального, но некорректного и амбициозного, не имеющего опыта работы руководителя Андрея Огиевского, который начал свою работу с конфликта с солистами театра. Результатом его работы были потери в труппе и постановка высоко затратного спектакля, который не имеет шансов для проката на любой другой площадке города, — «Дон Жуана» Вольфганга Амадея Моцарта.

Таким образом, политика в области развития театра привела к тому, что созданы невыносимые условия для реализации творческих задач, нет роста и перспективы сохранения имеющихся заслуг. Труппа загнана в рамки самодеятельного дворца культуры в миллионном городе, который гордился наличием единственного в Черноземье Театра оперы и балета, являющегося форпостом культуры. Налицо — целенаправленное истребление классического искусства в городе Воронеже.

При строительстве или реставрации здания театра речь идет о чрезвычайно больших материальных вложениях, но совсем не ведется работа по сохранению культурного наследия. На мой взгляд, вот что самое большое попустительство и настоящий культурный геноцид. В наше время сугубо материальных ценностей и полного духовного обнищания президент Владимир Путин говорит о культурной политике по сохранению наследия, объявляет Год театра в России. На местах же — в противовес ему — ведется разрушительная политика экстремизма в области русского театрального наследия. В 2011 году председатель правительства Владимир Путин утвердил Концепцию долгосрочного развития театрального дела в РФ до 2020 года: «Количество театров и театральных предложений не полностью удовлетворяет потребности населения страны… при сопоставлении статистических данных по развитости сети театров наша страна проигрывает большинству европейских государств… В настоящее время в России имеют свои театры только 18,8% населенных пунктов, обладающих статусом города».

В завершении хочу привести выдержки из обращения председателя общероссийской общественной организации «Союз театральных деятелей РФ», Народного артиста России, члена Совета по культуре и искусству при президенте РФ Александра Калягина: «Боюсь, что некоторые ретивые губернаторы, которые и так не жалуют театры и другие учреждения культуры, воспринимают их как обузу, примут призыв председателя правительства Дмитрия Медведева за руководство к действию и приступят к так называемой оптимизации. И страна великой театральной культуры, каковой все еще остается Россия, сгинет навсегда. Такого нельзя допустить!»

Людмила Солод, солистка воронежского Театра оперы и балета

 

28 thoughts on “Обращение солистки воронежского оперного театра Людмилы Солод

  1. Clomid Next Day Delivery Viagra Tarif Pharmacie Clobetasol Low Price Pills Next Day Delivery viagra vs cialis Priligy And Viagra Together Cialis Meilleur Prix Indian Generic Cialis

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.